26 — 28 марта 2011 г. специализация «Гештальт-подход в работе с зависимостями»

28 марта 2011 года завершилась специализация «Гештальт-подход в работе с зависимостями».

Структура специализации включала в себя: теоретические основы аддиктологии, психологию зависимого поведения; диагностический инструментарий, использование программы 12 Шагов в работе с зависимыми клиентами; работу с чувствами и эмоциями, преодоление алекситимии; рассмотрение семьи как обекта работы в терапии зависимого поведения, а так же феномен созависимости; принципы построения реабилитационных программ в терапии зависимостей; основы супервизии в терапии зависимого поведения.

005
Участники специализации 2011г.
Тренера Лобанов Сергей (г.Киев) и Попова Резеда (г.Казань)

Участники проживали собственный опыт. Справлялись с тревогой и сильными чувствами на зависимого клиента. Отслеживали и распознавали личные чувства в своей семейной истории.

В программе  также была возможность смоделировать терапевтический процесс с его последовательным структурированным циклом контакта от мотивации зависимого клиента до его адаптации после прохождения определенных реабилитационных программ и длительной терапии.

001
Контракт, основа в работе с зависимыми клиентами

004
Тренер Лобанов Сергей (г.Киев)

000
Прорабатывание упражнений

003
Прорабатывание упражнений

Отзывы:

Я психолог, работающий вот уже почти 10 лет в сфере химических зависимостей. Поэтому принимать участие в долгосрочной специализации по зависимостям мне показалось очень интересным. Ведь до сих пор точно не определена природа зависимости, нет однозначного ответа, почему человек становится аддиктом. Кто-то считает, что влияет генетический фактор, а кто-то социальный, много разных рассуждений, теорий и исследований. Но только на специализации для меня большим открытием стало, что уже в новорожденном возрасте при взаимоотношениях матери с ребенком у человека формируются предпосылки к зависимой личности. Очень подробно и интересно было продемонстрировано, как это происходит «благодаря» поведению матери.

Также, как у психолога, работающего со специфическими клиентами, у меня были вопросы по «профвыгоранию», а точнее как с ним справляться. Ведь после прохождения программ мотивации, реабилитации и социальной адаптации химически зависимых, к сожалению, у многих случаются рецидивы. И тогда часто возникали вопросы о целесообразности, продуктивности и, вообще, смысле моей деятельности. После работы в группе, именно по специализации по зависимостям, я нашла ответы на все свои вопросы, а главное, личные эмоциональные, психологические, социальные и духовные выгоды моей любимой работы.

С благодарностью Лобанову С.О., Поповой Р.Р.,
медицинский психолог ГАУЗ РНД МЗ РТ, гештальт-терапевт Мустафина Лейсан Ринатовна

Про специализацию на тему о гештальт терапии зависимых и созависимых клиентов. Я прошла вышеназванную программу, состоявшую из пяти или шести (надо же, уже точно  не помню) 🙂 трёхдневок. Между этими трёхдневками были перерывы около двух месяцев каждый. Во время этих  перерывов я могла усвоить, доосознать прожитый за трёхдневку опыт. Осмыслить его  эмоционально и мозгами. и как-то встроить в своё знание о себе. Это мне очень помогало и напоминало саму терапию данных клиентов — где тоже нужны  большие ресурсы (в том числе и временные) для того, чтобы изменения прижились!

Вообще, мне очень понравилась задумка тренеров — сделать свою обучающую программу кое в чём похожей на  групповую терапию зависимых и созависимых в длиннике.

Полигоном, на котором мы (участники группы — будущие терапевты этой сложнейшей категории  клиентов) встречались и контактировали не только со своей взрослой терапевтической позицией  (или частью личности), но и со своей более детской, менее зрелой зависимой и созависимой  частичкой. 🙂

На протяжении длинника я имела богатые возможности переключаться из позиции терапевта в позицию клиента и, даже, быть в них обеих одновременно. Незабываемый опыт. Например, был день, когда каждый выбрал себе какую-либо фрустрацию, чтобы, находясь  в контакте с собой, лучше понять чувства, трудности и задачи зависимых и созависимых людей. А также, в контакте с другими участниками группы, понять и ощутить чувства,  трудности и задачи их терапевтов.

Также в течение всего длинника практиковалось заключение и выполнение (даже  ведущими) различных по длительности и содержанию контрактов. (огромное слабое место  зависимых-созависимых). И то, что требует пристального внимания и строгого соблюдения от терапевтов. Интересно было учиться применять к таким клиентам (естественно, испытывая на себе в  групповых и парно-троечных упражнениях) проективные методы работы, такие, как лепка  человеческой скульптуры, телесные имитации созависимых и нормальных отношений,  терапевтические игры с резиночками и другими предметами и др.

Безопасность, которая достигается использованием проективных методик, наряду с  другими факторами, делала возможными и прямые вербальные упражнения в тройках и даже на  группе, где каждый был поочереди клиентом, терапевтом и наблюдателем.

Мне оказалось важно наблюдать работу тренеров (тем более мужчины и женщины) в  котерапии, обсуждать это и самой прикасаться к котерапевтическому взаимодействию, как  терапевт и как клиент. Этот кусок (эти куски) показали мне, как много ресурсов для поддержки  клиентов и терапевтов содержит такая форма работы. А, ведь, как я поняла на специализации,  зависимость-созависимость является для терапевтического контакта очень непростой ситуацией.

Я также мягко, но твёрдо прочувствовала и поняла, про настоятельную необходимость  супервизии, при работе с этими клиентами, про то, что начинать стоит с тех, кто давно в  терапии или, хотябы, «в завязке» и про важность всех возможных форм поддержки и  самоподдержки терапевта в данной терапевтической ситуации.

И про готовность к срывам у клиентов и продолжению терапии после них. Также я научилась лучше отличать зависимость от внешне похожих, на неё но не  являющихся зависимостью поведений, симптомов и ситуаций. И много узнала и прожила о других  подводных камнях терапии зависимых и созависимых.

Я благодарна тренерам Резеде и Сергею зато, что они взяли меня (человека с  сильно ограниченными зрительными возможностями) в свою программу и не уставали учитывать мои  особенности, творчески приспосабливая к ним моё участие в проекте и обеспечивая тем самым  эффективное и по возможности, полное и комфортное освоение мной предлагаемых знаний, умений  и навыков, а также проживание опыта.

Если программа будет повторена или продолжена, я к ней присоединюсь и порекомендую  это сделать гештальт-друзьям!

Рафикова Эля. Психолог, преподаватель психологии

Специализация по работе с зависимостями была для меня фундаментом, в моем профессиональном развитии. Она дала мне огромную базу понимания того как формируется зависимость, как развивается, кто ее поддерживает, какие вторичные выгоды стоят за каждым участником и как быть в контакте с человеком, который находится в зависимом положении.

Было здорово, что структура самой специализации напоминала циклы контакта в работе с зависимостями от мотивации до реабилитации. Так же, то что Сергей уделял много времени и пространства чувствительности самих участников, не оставлял нас сидеть в метафорах и телесных ощущениях, а бережно и в то же время настойчиво просил распознать чувство, которое стоит за этим. Хотелось бы отметить, что немаловажно в этой специализации была теоретическая часть, а именно ее физиолого-биологическая составляющая формирования зависимого поведения. И для меня было открытием, что зависимость формируется у человека чуть ли не с новорожденного возраста, если дискомфорт не был обнаружен матерью, то он трансформируется в засыпание – по физиологической составляющей и в ненужность, одиночество, брошенность – по эмоциональной составляющей.

Тандем Резеды и Сергея был взаимно дополняемым. Если Сергей давал больше теоретический взгляд, основываясь на психиатрию и психоанализ, то Резеда делала акцент на практическую составляющую то есть, то как гештальт-терапевты поддерживают контакт с зависимыми клиентами. Спасибо Вам, а так же группе что была рядом эти годы.

Кириллова Юлия. Педагог-психолог, гештальт-терапевт

На прохождение специализации по работе с зависимостями я была мотивирована не только профессиональным интересом, но и личным опытом созависимых отношений.

В процессе прохождения программы для меня начали проясняться предпосылки возникновения, механизмы формирования и поддержания зависимого поведения. Интересным был опыт погружения в ранние детские переживания с последующим осознанием собственных дефицитов и потребностей.

Пожалуй, наиболее запомнившейся и эмоционально насыщенной была 3-хдневка про заключение контракта с непростым опытом «испытания абстинентностью». На данном этапе важной стала работа, направленная на дифференциацию чувств и формирование границ.

Знакомство с феноменологией созависимой семьи через моделирование семейной ситуации позволило рассмотреть и проанализировать паттерны поведения, которыми в семье поддерживаются зависимые и созависимые отношения. Были раскрыты такие понятия, как «дисфункциональные семьи», «треугольник Карпмана».

Одна из завершающих 3-хдневок была посвящена принципам терапии зависимых клиентов, анализу программ реабилитации («12 шагов», «Ал-Анон»).

В целом, я получила новый и интересный опыт, появилась ясность в теоретических знаниях, начала вырисовываться структура в работе с зависимыми и созависимыми клиентами.

Королёва Ольга.  Клинический психолог РКПБ им. В.М. Бехтерева



Жан-Мари Робин (ред.) «Self — полифония современных идей в гештальт-терапии»


Харм Сименс «Практическое руководство для гештальттерапевтов»
Гарантия при оказании услуг и/или продаже товаров GB InfoBlock (www.wpleads.net)