О лжи. Я хожу пока вру.

Я вру. Лгу в крупном и в незначительном. Лгу самым близким…как правило.

Поддерживаю двойные отношения с разными людьми, или разные отношения с одними и теми же.

Я устала от всего этого. Самое сложное место – между. Между одной ложью и другой. Это место, где я одна и только я знаю, что, где и как на самом деле … Это место, в котором я больше всего ощущаю разорванность собственного опыта, огромное напряжение, с помощью которого мне все-таки удается сохранять в отдельности большие куски того, что можно было бы назвать мной.

Отец упрекнул сына в том, что тот выдал неправду. Я понимаю логику обоих. С детства нас учат, что врать плохо и одновременно, что нельзя говорить правду. Здесь с вариациями: «говори правду своим и ври чужим», «никогда не ври старшим», «признайся во лжи и будет тебе хорошо», «не выдавай секретов семьи», «будь хитрее», «простота хуже воровства». От такого количества разных посланий много запутанности.

Я попыталась исследовать тему лжи. Обсуждала со многими людьми и первое, что заметила – это интерес: глаза загораются и человек оживает. О лжи можно говорить прямо. Мое любопытство толкало меня в разные стороны: ложь детская и взрослая, ложь во благо, ложь мужская и женская. И первое, с чем я стала сталкиваться – это чувства: врать приятно (иногда) и даже есть чувство риска, азарт, и я этакий лабиринт, который заманивает людей, а потом … Минуточку, а с другой стороны? Да если я узнаю – что меня обманули? Такое разочарование, обида, недоверие, подлость! Это воспоминание оживает каждый раз, когда я буду врать снова: память неотвратимо вернет мне мои же ощущения, и теперь каждый такой заход будет для меня с оттенком неловкости, стыда и вины, ожидания наказания. Детское удовольствие и наивность потеряны. Мне так же неловко, когда лгут рядом, а я знаю об этом, теперь я соучастник, немой обманщик.

Прежде всего, нужно определить семантическое пространство: что называют ложью. Чаще всего ложью называют намеренное искажение информации: недоговаривание, преувеличение, искажение смыслов и нюансов. Намеренность, мотивированность очень важна в диагностике лжи. То есть врущий человек всегда понимает, что он сейчас лжет. И это отличает ложь от тех случаев, когда человек передает информацию так, как он ее понимает. В данном случае он тоже может несколько преувеличивать и преуменьшать, не осознавая этого. Наше исследование про те случаи, когда человек делает это намеренно, но с разными мотивами.

Почему люди лгут? Я выделила следующие причины.

Люди часто выбирают ложь вполне осознанно и ответственно как лучший сейчас способ контактирования. Здесь ложь выступает как проявление эго-функции. Это про то, что каждый человек в определенных условиях может солгать, если ему это нужно, но ложь не становится единственным и спасительным на все случаи ходом.

Другой случай — «ложь во спасение», «ложь во благо». Мотив здесь – человеколюбие, попытка спасти близкого, уменьшить его страдание. Так, умирающему часто не говорят правды о его болезни, либо прикрывают чьи-то недостатки, чтобы он не волновался. Такая ложь почти всегда психологически понятна и не осуждаема в обществе.

Работая с клиентами, я увидела следующие истории лжи.

Ложь – это средство представить себя каким-то особенным: героем, больным, глупым, женщиной-вамп и так далее. Это легче всего сделать с незнакомыми людьми. И здесь, как правило, меньше всего угрызений совести. В таком разрезе ложь выступает как проекция такого аспекта «Я», который не принят близким окружением, неожидан для него. Тогда она – ложь становится важным ресурсом для человека. Эту ложь сложно отделить от фантазии. Встречаются в жизни такие Мюнхаузены.\Ложь позволяет защитить свои границы. Если с детства за меня решали, что я люблю и когда, а что нет, то моя компетентность по поводу себя так и осталась не сформированной. А вместе с этим появилось и неудовольствие, испытываемое каждый раз, когда я принимаю чью-то точку зрения вместо собственной. Ложь становится таким разделителем: «ты точно не знаешь про меня, поэтому я могу быть уверен, что твое предложение мне неверно. И это дает мне возможность, повод или отсрочку, чтобы напрячься самому и как то стать покомпетентнее и поуверенее».

Ложь хороша для проверки границ и отношений. Я хочу быть уверенной, что ты на меня не нападешь, что я в безопасности. Если до этого я замечала, что ты роешься моих вещах, читаешь мои смс и вообще лезешь везде, то я буду теперь долго проверять, по прежнему ли ты такая/ой. Или наоборот, ты не подходишь к моей границе, и уже забыл, что я есть. Я буду лгать тогда без повода и на ровном месте, создавая для тебя напряжение и внимательно наблюдая, как ты реагируешь. Так иногда поступает женщина, разыгрывая измену и провоцируя мужчину. Так поступала моя клиентка – подросток. Уже договорившись с отцом, что он не будет вмешиваться в некоторые зоны ее жизни (не полезет в ящики стола, не откроет ее кошелек), она дальше стала создавать ситуации («нужно сдать деньги в школу», «хочу записаться на женский футбол» и т.д.), в которых было неясно, правдивы ли ее намерения. Результатом стало возобновление отцом проверок кошелька, стола и прочее.

Ложь как дефлексия в контакте. Если я не уверена в тебе и мне кажется, что ты такая/ой хрупкий, беспомощный, если я уже видела это один — два раза и представляю последствия. Это может быть гнев, отвержение, пристыживание, обострение твоего заболевания, шок, смерть и т.д., то я все это ожидаю снова. И это моя проекция может быть правдой. Ложь – такое творческое приспособление, которое в следующий раз поможет мне избежать и не встретиться с этими последствиями и защитить наш контакт (так, как я себе это представляю). Я буду выбирать форму сообщения, меняя слова и содержание в разных пределах (от маленькой неправды до полного наоборот).

Ложь невозможна без ретрофлексии. Искаженное или неполное сообщение на границе контакта неминуемо сопровождается удерживанием массы естественных реакций: и чувств, и размышлений, и телесных проявлений. Человек, который врет, часто держится неестественно. Специалисты знают, как обнаружить такого и есть масса тренингов, где учат по невербальным сигналам определять ложь. Кстати, определить это можно будет только в том случае, если человек, который врет, делает это осознанно. Только тогда у него есть отдельное отношение к его действию и переживание (возможно стыд, страх, что уличат), именно оно и будет проявляться в телесной напряженности, сбивчивости ритма дыхания, изменениях в движении глаз и так далее. Если человек не способен разграничить ложь и фантазию и даже больше – выдумку и реальность – тогда никаких реакций у него мы не увидим. Для психотика, например, ложь невозможна, так как нет границ, отделяющих его от мира и людей вокруг.

Ложь в системе (семейной, организационной и т.д.). Позволяет удерживать системное напряжение и не предпринимать изменений .

Ложь может возникать в ситуации полного срыва контакта. Если человек совершает такое действие, за которым следуют ужасные последствия (наказание, например), то в момент осознания совершенного действия его захлестывают переживания страха, стыда и вины таким образом, что его способность мыслить так же нарушается. Он не может в этот момент лгать красиво, связно и логично. Его ложь будет примитивной, прямой, в грубом диссонансе с реальностью: «я не разбивал эту чашку», «Это не я». Так говорит ребенок, уличенный прямо на месте преступления, так же говорит преступник, держа в руках украденное. Это похоже на стрессовую дереализацию: «я отвергаю этот мир и все, что в нем происходит, так как это доставляет мне боль».

Таким образом, ложь возникает в контактировании как феномен, сопровождающий то или иное его прерывание, и парадоксально, способствующий, так или иначе, поддержанию возможного контакта; и отражающий не только дефициты субъекта (зафиксированные однажды проекции, например), но и в значительной степени дефициты среды. Способность лгать, качество лжи и ее содержание отражают возможности, уровень развития и глубину стрессовой реакции человека.

Отдельно стоит отметить, что есть люди, которые в принципе лгать не могут. Необходимость соврать вызывает у них сильную тревогу. С другой стороны такие люди часто не допускают саму возможность лжи со стороны других людей. Полное доверие и полная прозрачность. Патологическая выраженность таких проявлений характерна для психотического переживания. Она связана с неразвитостью границ.

Метафоры лжи. Что является метафорами лжи? Я исследовала это в разных группах. Ложь изображают в виде разных покрывал, стен, оболочек разной степени привлекательности. Обращает на себя внимание тот факт, что оболочка всегда прикрывает что-то некрасивое неприглядное либо то, что кажется неприглядным. Ложь рисуют в виде воды, капель, клякс: омут, жижи. Здесь такие аспекты смыслов: мутность, неясность, грязь, непредсказуемость.

Ложь изображают так же как нечто увеличивающееся и ненадежное: мыльный пузырь, тонкая стена из кирпичей и т.д.

Ложь искривляет информацию, отношения и так же искривляет тело. Телесные метафоры лжи в группе созависимых это чаще всего скрюченные позы, неудобно вывернутые в разные стороны руки и ноги, в группе невротиков: веселые энергичные движения.

В то же время метафоры правды то же интересны: топор, падающий вперед, что-то ригидной жесткое и неприятное.

В целом надо отметить, что ценность лжи или правды у человека зависит от предыдущего опыта его жизни. Человек, запутавшийся в лжи и выбирающий сейчас другой способ контактирования ложь презентует как негативную, а правду как позитивную. Человек, живущий с интроектом, что правда важнее всего и уставший от ее бремени видит ложь как свежий новый способ предъявления себя. Таким образом, в терапевтической работе нам важно исследовать те способы установления контакта, которые есть у человека и творчески развивать новые способы, поддерживая у клиента возможность ответственного выбора того или иного.

Есть ли во лжи хоть что-то хорошее? Думаю да, иначе люди не прибегали бы к этому способу. Я выделила следующие преимущества, которые дает ложь:

  • Она позволяет сохранить отношения
  • Она тренирует интеллект, интуицию, внимание
  • Она придает жизни ощущение игры и легкости, позволяя не проваливаться в глубину и драматизировать
  • Она поднимает настроение и придает уверенность
  • Она позволяет выглядеть лучше и делает жизнь ярче
  • В некоторых случаях ложь – это хороший тон.

И в заключение несколько строк о диагностике лжи. Ложь можно диагностировать по несоответствию одних телесных проявлений другим, либо по неконгруэнтности слов и действий человека. Из НЛП известно, что врущий внимателен к словам и его взгляд будет чаще направлен влево вниз. Во многих книгах (типа «читаем жесты») отмечены двигательные паттерны во время лжи: потирание мочки уха, прикрывание рта или почесывание зоны вокруг рта. Можно наблюдать неожиданное (несоответствующее моменту до лжи) возбуждение человека, когда он говорит неправду: интонационное возбуждение, покраснение и так далее. Сейчас довольно много предлагают разных приборов (Детектор лжи), суть которых в принципе основана на сопоставлении физиологических показателей (частоты сердечных сокращений, проводимость кожи, электрический потенциал кожи и т.д). По сути диагностика лжи – диагностика необычного волнения там, где его быть не должно.

Люди, которым много врали в детстве обычно очень хорошо научаются это распознавать и без приборов. Ориентируясь своим уникальным способом и защищаясь от возможной боли, они продвигаются вперед, к возможному контакту.

Резеда Попова (февраль – март 2009г., г.Казань)



Жан-Мари Робин (ред.) «Self — полифония современных идей в гештальт-терапии»


Харм Сименс «Практическое руководство для гештальттерапевтов»
Гарантия при оказании услуг и/или продаже товаров GB InfoBlock (www.wpleads.net)